| Статьи на очередь в печать |
| На главную страницу | предыдущая статья | Следующая статья |
|
Атмосфера Кёнигсберга эпохи Семилетней войны как фактор становления личности русского педагога-просветителя Андрея Тимофеевича Болотова
Н.В. Шамедько РГУ им. И Канта Атмосфера Кёнигсберга эпохи Семилетней войны как фактор становления личности русского педагога-просветителя Андрея Тимофеевича Болотова Андрей Тимофеевич Болотов, энциклопедически образованный философ, писатель, учёный, чьи интересы затрагивали многие отрасли знания (в том числе педагогическую теорию и практику), представлял собой одну из значительных фигур эпохи русского Просвещения. Его многогранная личность формировалась под воздействием множества факторов, однако наиболее сильное влияние на него оказало четырёхлетнее пребывание Кёнигсберге (в 1758-1762 годах). Этот период жизни А.Т. Болотова подробно описан в тридцати шести главах его мемуаров [1], которые стали настоящей энциклопедией жизни Восточной Пруссии эпохи Семилетней войны. Детальное описание автором атмосферы Кёнигсберга заставляет задуматься о том влиянии, которое она оказала на его образование и становление личности. Впервые указанный феномен отметил В. Антонов: «Русский офицер Болотов сближается в Кенигсберге с прогрессивно для того времени мыслящими людьми. Это сближение во многом сказывается на его личностном формировании. Идеи просвещения и гуманизма овладевают им, и он остаётся их носителем до конца жизни» [2, 7]. И.В. Щеблыгина называет годы, проведённые А.Т. Болотовым в Кёнигсберге, «очень важными для его образования и формирования мировоззрения» [3, 66], «формирования его личности, философских и нравственных идеалов… Он имел возможность прикоснуться к достижениям западноевропейской науки и культуры» [3, 68]. Сам А.Т. Болотов писал, обращаясь к городу: «Ты был мне полезен в моей жизни, ты подарил меня сокровищами бесценными, в стенах твоих сделался я человеком и спознал самого себя, спознал мир и всё главнейшее в нём» [4, 186]. В Кёнигсберге А. Т. Болотов надеялся «сам себя образовать, обделывать свой разум, исправлять сердце и делаться человеком» [5, 528]. Город не обманул ожиданий А.Т. Болотова. Ему импонировал «умеренный и воздержанный род немецкой жизни, удалённой от всяких роскошей и излишеств» [4, 44], вызывали удивление и неизменное одобрение общественные привычки горожан, будоражила воображение возможность реализации творческих способностей и интересов. Имея склонность к «читанию книг, к искусствам и наукам» А.Т. Болотов с упоением погрузился в атмосферу благопристойности и учёности, отмечая в себе перемены в «нравственном характере» [4, 78], степенность и обстоятельность в мыслях [4, 94]. Он с удовольствием гулял в городских садах и танцевал на публичных балах в ратуше, любил заходить в трактиры, но не ради кутежей, а для чтения местных газет и общения на немецком языке, регулярно посещал театральные представления, книжные лавки и аукционы, стал завсегдатаем городской публичной библиотеки (Валленродская библиотека, основанная в 1541 г.) и частного книжного абонемента. От романов, углублявших знание немецкого языка, знакомивших с историей и географией, А.Т. Болотов перешёл к более серьёзной, нравоучительной литературе (например, «Нравоучительные сочинения графа Оксенштирна»), а затем - к трудами философов немецкого Просвещения И.А. Гофмана, И.Г. Зульцера, И.К. Готтшеда, Х.А. Крузиуса. Он стал частным образом посещать лекции по философии и отваживался принимать участие в философских диспутах в Альбертине. И.В. Щеблыгина отмечает, что в Кёнигсберге А.Т. Болотов занимался изучением исключительно немецкой просветительской философии, о чтении трудов других философов, например французских, у него нет никаких упоминаний [3, 74]. А.Т. Болотов остался приверженцем немецкой философии эпохи Просвещения на всю свою жизнь, несмотря на то, что в России была более популярна была философия французского Просвещения. Этот факт можно объяснить тем, что духовно-нравственный характер первой соответствовал изначальному религиозному воспитанию А.Т. Болотова и, как следствие, -направленности его личности. Результатом воздействия уникальной атмосферы Кёнигсберга и непрерывной самообразовательной работы А.Т. Болотова в этот период стали следующие его труды: «Памятная книжка, или Собрание различных нравоучительных правил собственно себе для памяти, при разных случаях записанных» (1761), «Различные нравоучительные сочинения, переведённые из разных книг» (1763), «Детская философия» (часть I-я опубликована в 1786 году, часть II-я – в 1779 году, части III-VII остались в рукописи и ещё ждут своего опубликования), написанная под влиянием прочитанной в Кёнигсберге книги Лепренс де Бомонт «Детское училище», «Путеводитель к истинному человеческому счастию» (1784) и др. Более того, можно с уверенностью сказать, что просветительские идеи, с которыми А.Т. Болотов познакомился в Кенигсберге, оказали существенное влияние на всю его дальнейшую литературную деятельность и прослеживаются во всех его философско-нравственных, этических и педагогических трудах. Литература: 1. Болотов А.Т. Записки Андрея Тимофеевича Болотова. 1738-1795. - Т. 1-4. -СПб., 1871-1875. 2. Антонов А. Андрей Болотов и его время // Предисл. к кн.: А.Т. Болотов в Кенигсберге: Из записок А.Т. Болотова, написанных самим им для своих потомков. - Калининград: Книжное издательство, 1990. - С. 5-7. 3. Щеблыгина И.В. Болотов в Кёнигсберге: К вопросу о формировании мировоззрения Болотова // Вестник Московского университета. – Сер. 8. История. – 1995. - № 3. – С. 66-74. 4. А.Т. Болотов в Кенигсберге: Из записок А.Т. Болотова, написанных самим им для своих потомков. - Калининград: Калининградское книжное издательство, 1990. – 191 с. 5. Болотов А.Т. Жизнь и приключения Андрея Болотова, описанные самим им для своих потомков: В 3. т. Т. 1. – М.: ТЕРРА, 1993. – 576 с. |
